Сеть
RussianTown
Перейти
в контакты
Карта
сайта
Русская реклама в Питтсбурге
Портал русскоговорящего Питтсбурга
О нас Публикации Знакомства Юмор Партнеры Контакты
Меню

Презумпция виновности: ловушка для мужчины в «женском» штате

Автор: Светлана Гриффин

Преступление всегда найдет защитников, а невиновность – только иногда. Эти слова Альбера Камю, прозванного «совестью Запада», как нельзя лучше подходят к произошедшему. Что может быть несправедливее в этой жизни, чем расплачиваться за преступление, которого не совершал? Однако случается это гораздо чаще, чем мы думаем. Несмотря на столетия оттачивания методов правосудия, вопреки всему прогрессу в криминалистике мы в этих вопросах по-прежнему недалеко ушли от средневековой инквизиции.

Илья Зарецкий из Атланты успешно делал многолетнюю карьеру в продажах автомобилей «Лексус». Со своей женой мирно растил троих сыновей и давал ей возможность не работать ни дня, полностью обеспечивая всю семью. Не супруг, а золото, правда? Но, похоже, кому-то золота оказалось недостаточно. Один-единственный день сентября 2017 года изменил жизнь Ильи навсегда. В этот день удача, казалось, полностью покинула его...

Цивилизованно расстаться

Распадающиеся браки уже давно не редкость. Проблемы в отношениях могут начаться у каждой семьи, независимо от количества совместных лет. Вот и в отношениях Ильи и его супруги что-то пошло не так.

Илья, когда ваши семейные отношения зашли в тупик?

– Весной прошлого года у нас начались проблемы. Чтобы их решить, я просил жену обратиться вместе к семейному консультанту. На что она заявила, что это ей неинтересно, как неинтересен больше и сам брак. Тогда, поскольку мы расстаёмся, я дал ей время на поиск работы и отдельного жилья. Договорились, что она ищет до ноября – этого времени было более чем достаточно. И хотя я уже не жил дома, но по-прежнему оплачивал все расходы и содержал её (не говоря уже о детях, которых я однозначно не мог оставить без средств к существованию). Я продолжил бы это делать, пока она не найдёт собственный доход в пределах того срока, о котором мы договорились.

Догадываюсь, что этого так и не случилось.

– Шло время, ноябрь был всё ближе. Ничего не двигалось. И тогда кузине моей жены пришла в голову одна «гениальная» идея. Какая именно – я, конечно, узнал намного позже.

У этой кузины имелся на вас какой-то «зуб»?

– Вообще-то до этой истории все родственники жены относилась ко мне хорошо. По крайней мере, было такое впечатление. У кузины жены есть пятнадцатилетняя дочь – так она вообще очень часто ночевала в нашем доме, ездила с нами в гости в Нью-Йорк, во Флориду. Я знал эту девочку буквально с младенческого возраста. Она росла вместе с моими сыновьями, играла с ними, потом стала помогать с моими младшими детьми в качестве бебиситтера, за что я платил ей зарплату. Она была мне практически как дочь! А её мать – женщина, скажем так, непутёвая: постоянно меняла мужчин, а свою дочь била и несколько раз выгоняла из дома. На неё были официальные жалобы. И эту девочку мы с женой несколько раз забирали на машине, чтобы она не оставалась ночевать на улице, когда сбегала из дома или её выгоняли. Эта девочка и стала потом первопричиной всей катастрофы.

Полгода без неба

Внезапный звонок из полиции Илью не встревожил. Его пригласили на разговор по поводу юной родственницы, и он решил, что речь пойдёт о том, как девочка в очередной раз убежала от матери. Ничего необычного в этом не было. Поэтому Илья, как был – в костюме и галстуке, перед работой отправился в полицейский участок. И... оказался арестован по обвинению в изнасиловании этой девочки.

Вы приехали в полицию сами, ничего не подозревая?

– Абсолютно ничего. И вдруг мне начали задавать вопросы, где я находился такого-то числа в феврале прошлого года. А я даже не сразу вспомнил это: с тех пор прошло восемь месяцев! В тот вечер я оставался дома с сыновьями, потому что устал и не поехал с женой на вечеринку. Позже выяснилось, что в доме, оказывается, находилась ещё и та девочка (а может, и не находилась? Кто теперь знает?).

И спустя восемь месяцев вам предъявили это странное обвинение?

– По версии следствия, её мать позвонила в полицию и сообщила следующее: обучая дочь пользоваться тампоном, она заметила нечто странное. И будто бы после этого девочка призналась, что виноват во всём был я. По её словам, я сделал это так, что она «чувствовала меня в своём животе». Представляете себе?

Неужели им поверили сразу?

– Поверили – просто потому, что они женщины. Всё остальное произошло мгновенно. Женщина-офицер говорила мне: «Я занимаюсь этим двадцать лет! Ты не сможешь меня обмануть». Мои слова о том, что я не вру, никто не слушал. Она скомандовала: «Руки за спину», и всё. Арест и тюрьма без права выхода под залог.

И вас немедленно повезли в камеру?

– Сказать, что я был потрясён – это ничего не сказать. Всё происходило как в страшном сне. Буквально только что ты собирался на работу как ничего не подозревающий свободный человек – и в один миг ты уже за решёткой. И вокруг тебя сто десять человек, за плечами у которых чёрт знает сколько всего. Меня посадили с самыми настоящими убийцами, насильниками, растлителями маленьких детей. Один из моих сокамерников был пойман с тремя обезглавленными трупами в багажнике машины. На другом было двадцать три пожизненных срока – за убийства двадцати трёх человек! Ещё один – с пятнадцатью пожизненными за десять убийств и пять изнасилований. Вот с такими людьми я оказался рядом. Сто десять человек в одной камере, разделённой стенками на ячейки, в которых мы помещались по трое. Это была камера с максимальной охраной, выходить на прогулку разрешалось всего на час в день. Собственно, это только так называлось – «прогулка». Представьте, что вы гуляете в закрытом бетонном блоке. Как вам? Полгода я не видел неба и зелёной травы.

Даже звучит ужасающе. А как с вами обращались? Как вы вообще соседствовали со всеми этими людьми?

– Ну, однажды я попал в серьёзную драку. В результате оказался в карцере. Это такая крохотная комната с одним матрацем и туалетом, из которой нельзя выходить вообще. Кормят через отверстие в двери. Меня должны были держать там месяц, но выпустили через неделю, потому что уже знали, в общем-то, какой я человек, что я адекватный. С сокамерниками у меня в целом тоже сложились нормальные отношения – я был старше большинства из них по возрасту, меня уважали.

Вас могли навещать родственники?

– Два раза в неделю приезжали родные и друзья, и я просто не представляю себе, что делал бы без них. Когда всё случилось, мой мозг отказывался осознать: невозможно, чтобы всё это происходило со мной! Неужели такое в принципе бывает?! И я даже не могу выразить словами, как близкие меня поддерживали, верили в меня. Как это важно, что они были рядом и как я им за всё признателен. Надо понимать одну простую вещь: не деньги главное в жизни, не карьера. А только семья. Это те люди, которые будут всегда с тобой и всегда за тебя.

Лёгкая мишень

После ареста Ильи его родственникам немедленно посыпались сообщения от его супруги. Женщина недвусмысленно намекала, что она поможет вытащить Илью при одном условии: ей должны выплатить определённые суммы денег. План оказался похож на сценарий дешёвого детектива: заполучить деньги семьи, засадив когда-то любимого мужа за решётку.

Неужели вашей жене было мало денег?

– Жадность затмила в ней всё. Она хотела присвоить даже мои пенсионные накопления. Но мне пришлось истратить их на то, чтобы оплатить услуги адвоката.

Даже у человека, далёкого от юриспруденции, возникает вопрос: какие были доказательства вашей вины? Их же не было!

– Женщина в нашем штате не нуждается в доказательстве своих слов. Штат Джорджия – «женский» штат с точки зрения законодательства. Никто не принял во внимание даже такой очевидный момент: за эти восемь месяцев, что прошли со дня якобы изнасилования, девочка нисколько не реже находилась у нас в гостях, чем раньше. И даже ездила с нами путешествовать! Ну скажите, какая жертва будет продолжать являться как ни в чём ни бывало в дом к преступнику и спокойно проводить там время? Может ли такое быть?

Всё как будто нарочно складывалось не в вашу пользу.

– Следователь оказалась совершенно неопытной в таких делах. Выяснилось, что это было её первое дело о сексуальном насилии. Она не собрала никаких доказательств – ни ДНК, ни постельного белья, ни одежды. Ничего. Не опросила свидетелей – ведь если бы всё произошло на самом деле, это было бы как минимум слышно моим сыновьям в доме. Да она даже не появилась на месте «преступления»! Зато ей, видимо, очень хотелось сделать себе имя на громком расследовании. Хотела разоблачить насильника несовершеннолетней. Каждый мечтает заполучить что-то своё: кто деньги, кто карьеру. А во мне все видели лёгкую мишень.

Повезло, что она девственница

В тюрьме Илья провёл ровно год. Суд должен был состояться в октябре 2018-го. Адвокат безостановочно работал, собирая самые убедительные доказательства, и ему удалось почти невозможное. Он достал результаты обследования девочки в одной из клиник Children’s Healthcare of Atlanta: врачи не обнаружили у неё никакой травмы (более того, она по-прежнему оставалась девственницей). Кроме этого, были сохранены все сообщения от бывшей жены с требованиями денег.

Вы с адвокатом уже были готовы представить эти доказательства на суде?

– Всё было готово. За несколько дней до предполагаемой даты суда удалось добиться беседы с «потерпевшей». И на этой встрече девочка внезапно разрыдалась. «Я соврала! – призналась она. – Ничего не было».

Чистосердечное признание?!

– Да, это было признание. Их план лжив от начала и до конца, даже эпизод с тампонами был ложью. Я-то знаю, потому что до этого по просьбе жены несколько раз возил в школу этой девочке тампоны, которые ей были срочно нужны. То есть пользоваться ими она умела прекрасно. Я спокойно говорю об этом, потому что она действительно была мне словно дочь – до того самого дня.

Как же так: девочка знала вас всю жизнь и пошла на ложь? Как она могла?

– Её уговорила мать. Они с моей женой её просто использовали. Наказания ей не будет никакого, потому что она несовершеннолетняя. Сейчас часто случаются разборки из-за того, что дети заявляют в полицию на родителей и вообще на взрослых. Их учит этому школа! Родители в буквальном смысле боятся своего ребёнка, чтобы его ни в коем случае не шлёпнуть или случайно не дотронуться как-то «не так». На моё счастье, у девочки хватило смелости признаться, и ещё повезло, что она оставалась всё это время девственницей. Иначе всё осложнилось бы невообразимо. Её мамаше тоже ничего не будет: с неё нечего взять, адвокат обойдётся намного дороже. Жену судить я тоже не могу, чтобы не травмировать окончательно наших детей. Им и так досталось. Но я верю в карму – рано или поздно она её найдёт.

Вас выпустили сразу?

– Это известие меня застало в тюремном дворе, где я занимался упражнениями. Я ожидал суда буквально через пару дней, а тут ко мне приходят и говорят: собирай вещи. Честно говоря, я испугался: вдруг меня вместо суда переводят отбывать наказание? Мне ведь светило тридцать лет за решёткой. И вдруг я слышу: собирай вещи, ты едешь домой. Вот и всё. Все сокамерники – больше сотни человек! – прощались со мной, а вся моя родня как один плакала от счастья.

О вашем случае прошли репортажи на ведущих телеканалах. Как на всё это реагировали полиция и округ?

– Власти отказались от комментариев. В нашем штате есть закон, который защищает округ и полицию в подобных ситуациях. Если бы состоялся суд и меня признали бы невиновным по его решению, тогда я бы имел больше прав. Но так как дело до суда не дошло... По закону я не имею права предъявить обвинений тем людям, которые бездоказательно лишили меня года жизни, накопленных средств, нервов. Разрушили мою налаженную жизнь и карьеру. Мы с женой развелись в июле во время моего нахождения в тюрьме, и сыновья были оставлены ей, но их жизни теперь не позавидуешь. Условия плохие, еда тоже. Они поменяли за полтора года шесть школ, потому что постоянно переезжают туда-сюда. Мне дают видеться с детьми каждую вторую неделю, и они ждут не дождутся этих встреч, только и спрашивают: «Папа, когда мы будем жить с тобой?».

Хоть кто-нибудь извинился перед вами за всё?

– Ни один! Никто. Я говорил, что считал отношения с родственниками жены хорошими. Но когда вся правда выплыла наружу и меня отпустили на свободу, никто из них даже не позвонил мне. А когда я сообщил бывшей жене, что освобождён и хочу поговорить с детьми, её первый вопрос был такой: «Когда ты выйдешь на работу, чтобы давать мне деньги?». Вот так бывает. Все годы нашей совместной жизни она была совершенно другим человеком. Словно в одно мгновение всё переменилось. Мои родственники считают, что она на этом не остановится и устроит что-нибудь ещё, надо быть начеку. В тюрьме у меня появился нервный тик, которого уже много лет как не было – с самого детства. А в целом пытаюсь вернуться к обычной жизни, снова продаю «Лексусы», хотя уже в другой фирме. Прежняя компания отказалась нанимать меня обратно.

Скажите, Илья, не разочаровались ли вы в Америке после всей этой вопиющей несправедливости?

– Как ни странно, нет. Законодательство в Америке запутанное, но я люблю эту страну, это лучшая страна на свете. В некоторых странах по такому обвинению вообще кастрируют! Я только желал бы, чтобы полиция выполняла свою работу тщательно, действительно проводила расследование во всех случаях, как это должно быть у настоящих профессионалов.

Что вы могли бы порекомендовать попавшим в подобную ситуацию с несправедливым обвинением?

– В первую очередь могу (безо всякой рекламы) порекомендовать своего адвоката! Его имя Джей Эбт, и он сделал для меня абсолютно всё. Это очень опытный человек. Благодарю Бога, что моим делом занимался именно этот адвокат. И очень важный момент для всех: никогда не приезжайте на беседу в полицию без адвоката. Это ваше законное право. Я поехал один, потому что абсолютно ни о чём не подозревал. Без адвоката не говорите ничего, даже если будут настаивать. Меня не арестовали бы, если бы со мной был адвокат.

Что, по-вашему, означает быть мужчиной в «женском» штате Джорджия?

– Это значит постоянно озираться. С большой осторожностью общаться с женщинами. Я просто хочу предостеречь всех, в первую очередь мужчин. Конечно, и мужчины далеко не ангелы, но слишком много стало перегибов в другую сторону. С бывшей женой я стараюсь общаться только в виде сообщений, продумываю каждое слово, а детей забираю только в тех местах, где есть свидетели и камеры. На всякий случай.

Мы очень благодарны Илье Зарецкому за то, что он согласился поделиться этой не самой приятной историей. В сегодняшнем мире многое перевёрнуто с ног на голову. Практически невозможно разобрать, где заканчивается стремление бороться с криминалом и начинается карьеризм, кто реальная жертва, а кто – жертва своих или чужих амбиций. Эта история не только о беззаконии, но в первую очередь о предательстве.

«Когда ты выйдешь на работу, чтобы давать мне деньги?» – поинтересовалась экс-супруга после сразу после его освобождения.

По статистике, от 2 до 8 % обвинений в сексуальном насилии – ложные.

Штат Джорджия – «женский» штат с точки зрения законодательства.