Сеть
RussianTown
Перейти
в контакты
Карта
сайта
Русская реклама в Питтсбурге
Портал русскоговорящего Питтсбурга
О нас Публикации Знакомства Юмор Партнеры Контакты
Меню

Только бизнес и ничего личного

Автор: Татьяна Серафимович

Все мы слышали о том, что нельзя смешивать работу с удовольствием. Да что там, за последние годы это выражение из расхожей пословицы превратилось в максиму, которой следуют, причем чаще всего не только осознано, но и вполне охотно. Служебные романы уже строго пресекаются не только работодателями, но и самими сотрудниками.

Правильно ли это? Да, безусловно, ведь чувства могут помешать работе. Поддавшись эмоциям, переживая последствия ссоры или витая в облаках, так легко отвлечься, забыться и по невнимательности допустить ошибку, которая потом обернется браком на производстве, неправильно составленными документами, штрафами, потерей прибыли. Бурное выяснение отношений мешает работать другим. Что уж говорить о неразделенной любви, когда один человек все активнее оказывает знаки внимания, а другой не отвечает взаимностью – ситуация может перерасти даже в домогательства.

Особенно прохладно к служебным романам относятся в деловых кругах. Среди бизнесменов это практически нонсенс. И дело не только в том, что чувства могут помешать выгодному заключению контрактов. Когда вокруг тебя крутятся большие деньги, которые постоянно нужно сохранять и приумножать, личная жизнь становится гораздо сложнее.

В этом на собственном опыте убедилась героиня сегодняшней истории, Анна. Сейчас она живет в Майами и руководит одной небольшой, но достаточно успешной компанией, название которой я, по ее просьбе, сообщать не буду. Хотя приезжала в США она совсем не для ведения бизнеса. Анна сама нашла меня через сайт RussianTown.com: в разных номерах журнала она прочла несколько собранных мною случаев и захотела рассказать людям о том, что произошло с ней, как поменялась ее жизнь. Ради этого она даже приехала в Атланту, и мы встретились в моем любимом кафе.

– В Америку я ехала не из-за работы, а из-за любви, по зову сердца. В США меня позвал Роберт, мой муж. То есть, тогда-то он не был моим мужем, поженились мы уже в Майами, а познакомились в Москве, куда он приехал по делам. Встретились в ресторане: Роб с партнером пришел туда обмыть сделку, а мы, женской компанией, – отметить день рождения подружки.

Роберт пригласил потанцевать, потом они с деловым партнером подсели за наш столик. Мы были не против – сразу видно было, что мужчины умные и серьезные, не какие-то там бабники или короли дискотек. И не ошиблись – вечер прошел очень приятно, поэтому, когда Роберт предложил встретиться на днях и куда-нибудь сходить, я дала ему свой номер телефона.

Тогда я как раз ушла в отпуск, а Роберт уладил все свои дела и был относительно свободен. И всю ту неделю, что он гостил в России, мы встречались чуть ли не каждый день. Как так вышло? Наверное, мне просто понравилось общество Роберта – мне было в удовольствие показывать ему Москву. Он оказался превосходным спутником: внимательным, нескучным, серьезным – как раз настоящим мужчиной, ну, по моим представлениям. С ним было одинаково приятно и в Большом театре, и в МакДональдсе, куда мы тоже разок забежали за кофе.

И да, ощущалось, что между нами что-то есть – какое-то чувство, пока не особенно ясное, но растущее. Именно это чувство привело к тому, что утро после одного из свиданий мы встречали вместе. И в постели Роберт тоже оказался на высоте…Но неделя закончилась, и ему нужно было улетать в Майами.

Тогда-то он и позвал Вас с собой?

– Нет, да тогда я бы вряд ли поехала – как-то слишком быстро у нас все развивалось, и я точно не была готова к таким резким переменам. Уезжая, Роберт говорил, что я ему очень понравилась, надеялся, что мы продолжим общаться, обещал, что будет звонить. Хотя я тогда не слишком серьезно восприняла эти его слова. Подумала, что он отнесся к нашим отношениям как к интрижке в командировке.

А оказалось, что Роберт не обманывал. Он действительно стал звонить, и у нас вошло в привычку пусть 5-10 минут, но каждый день общаться по Скайпу. Со временем я все больше убеждалась в том, что Роберт серьезен во всем, в том числе и в своих чувствах ко мне.

Где-то через 3 месяца, когда у него появилось свободное время, он снова прилетел в Москву, но на этот раз уже не по делам, а именно ко мне. Мы наслаждались компанией друг друга, я познакомила Роберта с родителями. Тогда я не сказала, что это мой бойфренд, представила его как своего друга, но мама с папой и сами поняли, что Роберт уже тогда был для меня кем-то большим.

Через неделю Роберт вернулся в США, и мы снова продолжили общаться по Скайпу. И вот тогда-то я и поняла, что мне сильно его не хватает именно рядом, со мной, поняла, что симпатия переросла в любовь. Поэтому, когда он приехал ко мне во второй раз, объяснился в своих чувствах и сделал предложение, я, конечно, ответила, что согласна.

Для родных и близких это наверняка стало большой неожиданностью…

– Естественно, да и для меня такие перемены были не скажу, что легкими. Да, хотелось быть поближе к родителям, да, приходилось оставлять друзей, да, нужно было вливаться в новое общество… Но кто сказал, что счастье с любимым человеком построить просто?

Поэтому я решилась, несмотря на советы, настойчивые предложения подумать и отговорки, – а они тоже были, – и переехала к Роберту по визе невесты. Мы женились, как и запланировали, а дальше для меня наступила пора настоящего счастья.

Роберт окружал меня заботой, нежностью, вниманием. Конечно, много времени он уделял и работе. Но когда его не было рядом, я всегда находила, чем себя занять: активно вливалась в американское общество, знакомилась с культурными и ментальными различиями и буквально наслаждалась новыми впечатлениями вокруг. А когда я забеременела и родилась дочка, мое персональное счастье вышло на новый уровень.

Отлично Вас понимаю. Поменялось все…

– Да, но главным образом две вещи. Во-первых, появился тот человечек, о котором, я знала, буду заботиться больше, чем о Роберте, о себе или о ком-либо еще. Во-вторых, изменился сам быт – я превратилась в домохозяйку. Если раньше мы думали о том, чтобы я начала работать в фирме Роберта, то с рождением дочки все изменилось. И я, конечно, была довольна, ведь практически каждую свою минуту могла посвящать подрастающей дочке.

Правда, со временем я видела не только позитивные перемены. Стала замечать, насколько мало времени Роберт проводит дома, насколько он поглощен бизнесом. Естественно, я его не винила, и даже не имела на это права, ведь он обеспечивал нас, просто…

Просто это не поддерживало огонь любви?

– Да, именно! Чувства потихоньку гасли, чем дальше, тем больше мне казалось, что мы уже не любим друг друга так, как раньше, что между нами нет такой гармонии, какая была, когда я без раздумий соглашалась улететь в США.

Роберт бывал дома так мало, а если и бывал, то его мысли постоянно были заняты работой. Он даже на обеды, ужины, праздники приглашал не приятелей по покеру или друзей для просмотра футбола, а своего зама, Эда. И обсуждали они, опять же, работу.

Примерно через 4 года семейной жизни, когда дочь уже достаточно подросла, чтобы я смогла заниматься еще чем-то, я решила все-таки пойти на работу. Почему? Потому что с каждым днем все острее чувствовала какую-то пустоту, нехватку внимания и впечатлений. Мне нужно было себя чем-то занять. Ну и я даже думала, что на работе буду стану ближе к Роберту.

Получилось?

– Все вышло не так, как я ожидала. Да, с одной стороны я заняла себя, получила те новые впечатления, к которым, вроде бы, стремилась. Да, я стала даже лучше понимать Роберта, точнее то, насколько он занят и сколько нервов и сил отбирает решение важных вопросов. И вот забавно: благодаря совместной работе мы виделись больше времени, но становились друг от друга все дальше. Бизнес разделял нас все больше, а потом случилась эта катастрофа.

Когда остался только бизнес

Возвращаясь домой ночью, проезжая по скользкой после дождя трассе, Роберт не справился с управлением. Машину повело и вынесло прямо на ограждение. Случай в чем-то банальный, но семье, оставшейся без мужа и отца, от этого не легче.

После смерти Роберта, согласно завещанию, компанией стала управлять Анна. Хорошо, что она уже обладала опытом работы на руководящей должности и знала бизнес изнутри, но ситуация все равно была тяжелейшей.

– Шок, Татьяна, просто горе и шок. Я переживала смерть Роберта, такую глупую смерть, и не знала, что мне делать дальше, как быть, как поступать. Первые недели были как в тумане, а потом… Вы знаете, спасли меня дочка и работа. Бизнес невольно отвлекал от постоянных мыслей о муже, ведь приходилось вникать во множество новых аспектов, разбираться с контрактами, поставками. А дочка, встречающая тебя дома после тяжелого дня, давала надежду и напоминала, что о ней нужно заботиться, что я обязана жить ради нее и дарить ей радость.

И вот так, постепенно, развивая бизнес и растя дочь, я справилась, выбралась из этой психологической ямы. Конечно, я не забыла Роберта – я и сейчас его вспоминаю с теплотой и думаю, что это навсегда. После того как вплотную занялась бизнесом уже как руководитель, я даже стала лучше его понимать. Видела, чем жертвовал Роберт и сколько всего ему приходилось делать. И с какого-то момента стала понимать, что нужно двигаться дальше и в личной жизни, не обязательно сейчас, но, может быть, потом.

Правильно, что не зацикливались. Действительно, даже после таких ситуаций нужно идти дальше и давать шанс, как себе, так и своим поклонникам.

– Да, хотя и тогда, когда я уже отошла от горя, мне было не до поклонников. Мысли были о другом – о дочке, о деле… и о Роберте. Татьяна, я не параноичка, но когда я посмотрела на автокатастрофу более трезвым взглядом, уже успокоившись, она мне показалась странной.

Почему?

Здесь нужно знать Роберта. Он был очень аккуратным и даже осторожным водителем. А тут машина получила такие повреждения от столкновения с ограждением и, по сути, убила Роберта именно потому, что неслась на огромной скорости. Зачем было так разгоняться, тем более на мокрой после дождя дороги, если ты ехал домой, а не, например, опаздывал в аэропорт? Вот я и стала думать о том, что автокатастрофу подстроили.

Кто и зачем? Кому это могло быть выгодно?

– Не знаю, кто, но ведь это бизнес, недоброжелателей хватает. Хотя больше всего я подозревала Эда.

И опять у меня тот же вопрос: почему?

– Накануне они долго спорили по поводу одного договора о долгосрочном партнерстве. Эд был за, Роберт – против, так как считал условия невыгодными. Спорили жарко, даже дошло до ссоры, когда мой муж обвинил своего зама в личной заинтересованности. Подумал, что Эд так старается, чтобы получить какой-то процент. Тот оскорбился и ушел.

Ну и еще один момент: для меня и для многих стало неожиданностью то, что Роберт завещал, что компанией буду управлять я. Гораздо логичнее было бы, если бы он оставил мне лишь номинальные полномочия, а реальные поручил бы Эду, с которым и начинал развивать бизнес.

Так что тогда я подумала, что, может быть, на фоне ссоры Эд захотел стать главным и для этого что-то сделал с машиной Роберта. Возможности у него были, ведь доступ на парковку у него свободный, Роберт ему доверял, все это знали. Если бы кто-нибудь заметил его возле машины, Эд мог бы сказать, что забирал что-то из салона по просьбе Роберта.

Насмотрелась, в общем, я фильмов. Обратилась со своими подозрениями в полицию, и они отнеслись к моим словам вполне серьезно. Правда, потом сообщили, что проверили авто и выяснили, что тормозная система была в полном порядке. И сказали, что я подозревала не того. Хотя окончательно Эд в моих глазах так и не был оправдан, даже несмотря на слова полицейских. Я и до того относилась к нему не так чтобы очень хорошо, а с этими подозрениями и вовсе невзлюбила.

В чем же была причина такой неприязни?

– Эд мне всегда казался высокомерным, таким подчеркнуто отстраненным. Общаться с ним было не особенно приятно. Постоянно ловила себя на мысли, что он дистанцируется, подчеркивает расстояние между нами. Я думала, что это потому, что я иностранка, что Роберт взял меня на работу и поднимал по служебной лестнице через головы других, потому что я его жена, а я не хотела, чтобы так считали. Мне это не нравилось, но что, устраивать скандал из-за этого?

Вот мы и общались с Эдом так себе, подчеркнуто холодно, даже когда он бывал у нас дома. А в гости он заходил довольно часто и проводил с Робертом достаточно времени, ведь их многое связывало.

Когда бизнес становится чем-то большим

Прохладно относясь к Эду, Анна не знала, сколько времени им придется провести вместе после смерти мужа. Все-таки Эд был вице-президентом, и очень толковым, знал, чем живет компания. Разбираясь в тонкостях управления бизнесом, планируя стратегию развития, внедряя решения и выполняя ежедневные рутинные задачи, Анна была вынуждена постоянно общаться с Эдом.

– Да, он мне не нравился, а после подозрений, пусть и не оправдавшихся, не нравился еще больше, но я и мысли не допускала о том, чтобы добиться увольнения Эда или постараться сделать так, чтобы он сам ушел. Ведь это значило убить бизнес, любимое детище мужа, которым он так дорожил. Это значило чуть ли не предать память Роберта и расписаться в собственном бессилии. Сама бы я не разобралась, мне был нужен Эд.

Вот и пришлось плотно работать. В офисе мы чуть ли не все время проводили вместе: разбирались, планировали, что-то решали. Да, спорили, а как же без этого, но на удивление конструктивно. И знаете, Татьяна, через какое-то время я поняла, что сильно ошибалась в Эде.

Ошибались в хорошем смысле или в плохом?

– В хорошем. Он оказался действительно отличным замом и настоящим трудоголиком. Чем лучше я его узнавала, тем больше убеждалась – он увлечен бизнесом настолько, что это даже вредит его личной жизни. У него было то же усердие и такая же одержимость, что и у меня, и тогда я считала, что работа для него становится такой же отдушиной, как для меня, так же помогает отвлечься от домашних проблем.

А какие у него были проблемы?

– Семейные. Эд был женат, растил сына, но так же, как Роберт, целыми днями пропадал на работе. Не знаю, может его жена больше от этого устала или все дело в том, что в браке они прожили дольше, чем мы с мужем, но только она все чаще упрекала Эда, что тот не бывает дома. Не возит сына в школу, потому что спешит на переговоры, пропускает семейные праздники, так как нужно срочно уехать по делам компании – Вы понимаете, как это бывает.

Даже Роберт, когда еще был жив, рассказывал мне, что дома у Эда нет полного порядка, что они часто ссорятся с женой. Жалел его и, естественно, не требовал такой постоянной отдачи. Но Эду нравилось трудиться, да по-другому тогда и не получалось – чтобы развивать компанию, приходилось пропадать на работе, по-настоящему пахать, в этом я сама убедилась.

В результате Эд все-таки ушел из семьи и развелся с женой. Кто знает, может и у меня и Роберта закончилось бы также, будь один из нас чуть нетерпеливее или с более взрывным характером, или проживи мы в браке дольше.

Я поняла, что бизнес стал чем-то большим не только для меня, но и для Эда. К этому моменту враждебность к Эду исчезла: мы столько времени проводили вместе, что имели множество возможностей узнать характеры друг друга. И я увидела, что он вовсе не высокомерный и отстраненный, а вполне достойный мужчина, который может быть и отличным профессионалом, и хорошим собеседником. Со временем я прониклась к Эду искренней симпатией, и он даже снова стал бывать у нас дома. Сначала исключительно по делам, а потом и как друг семьи.

Исключительно как друг и ничего такого?

– Да, конечно. Я так и воспринимала Эд: сначала как коллегу, потом как делового партнера, с которым у нас общие интересы, дальше как хорошего знакомого, приятеля, друга. Вот даже сейчас рассказываю Вам и понимаю, как менялось отношение к человеку, насколько Эду удалось улучшить мнение о нем за время нашего тесного общения.

Так что да, воспринимала как друга… ровно до тех пор, пока он меня не поцеловал.

Что? Как это произошло?

– Я пригласила Эда к нам в гости на День благодарения. Да, знаю, праздник семейный, но ведь он был другом семьи, родственников в США у нас с дочкой не было, Роберт был сиротой… С женой Эд был в плохих отношениях и видел сына только строго по выходным… Вот мне и показалось, что это хорошая идея, если за праздничным столом встретятся два трудоголика, которые подбадривали друг друга весь год.

А Эд, наверное, понял ситуацию по-своему. Потому что после праздничного ужина, когда дочь заснула и я уже хотела вежливо попрощаться и дружески обнять его, он меня поцеловал.

Я была немного в шоке, и когда я спросила его, что он делает, Эд все мне рассказал. Признался, что влюбился в меня сразу же, как только увидел. Что вел себя со мной так отстраненно именно потому, что я была женой Роберта, которого он уважал, и Эд не хотел открывать ему и мне свои настоящие чувства. Что причины постоянных ссор и развода с женой не столько в работе, сколько в том, что он полюбил другую – меня! – и жена это чувствовала (только не знала, кого же он полюбил).

Эд сказал, что ушел из семьи именно потому, что полюбил меня, и спросил, есть ли у него какие-то шансы.

И как Вы ответили?

– Хороший вопрос, потому что дело именно в том, не что я ответила, а как я это сделала. Сейчас я думаю, что ответила очень неправильно. В том смысле, что очень холодно сказала Эду, что считала его другом, а он эту дружбу разрушил, что никаких шансов у него нет и не будет, что лучше бы нам теперь вообще не видеть друг друга.

Ответила неправильно потому, что опять и так некстати проскочила мыслишка о тормозах в машине Роберта, а оттуда протянулась ниточка и к предательству мужской дружбы, а Эд не заслуживал, чтобы я о нем так думала. И потому, что своими словами могла дать ему понять, чтобы он увольнялся, а он столько сделал для бизнеса. И потому, что сказала, что ничего к нему не чувствую, а это было не совсем правдой.

Эд выслушал Анну, с каменным лицом сказал, что в таком случае он увольняется, и ушел. И эта история могла бы закончиться банально и грустно, если бы не одно событие, само по себе вовсе не позитивное. После праздников Анна не успела обсудить увольнение с Эдом на работе, потому что в тот же день ей нужно было лететь по делам в Денвер.

Поручив дочку заботам няни, Анна с неспокойным сердцем села на свой рейс. И не зря она переживала: утром на прогулке возле дома, убегая от няни, проказница споткнулась, неудачно упала и сломала руку. В больницу девочку отвез именно Эд, который как раз приехал извиняться. И он буквально не отходил от малышки до тех пор, пока Анна не прилетела обратно.

– Конечно, я оставила все дела, когда узнала, и прилетела первым же рейсом. И в больнице меня встретил именно Эд, точнее, я его, сидящего над кроваткой дочки. Естественно, я тут же бросилась к ней, а потом поблагодарила Эда. После, когда я отправила его вместо себя в Денвер, а сама задумалась, сидя с дочкой и вспоминая, как Эд старался развлечь её в госпитале. Отвезти дочку в госпиталь могли и врачи скорой помощи, но отвез ее именно Эд. Посидеть с ней, пока я не приеду, могла и одна няня, но Эд тоже сидел с ней и старался подбодрить. Думала и о том, как же он переживал мой отказ, если приехал извиняться за свое признание, позабыв, что я улетаю и меня вообще не должно быть дома. И я поняла, что, может быть, ошиблась, когда сказала ему такое категоричное «нет».

Анна решила дать Эду «второй шанс». То есть поговорила с ним, все объяснила, сказала, что не примет его отставки, зато примет предложение сходить куда-нибудь, если он, конечно, все еще хочет этого. Эд хотел, и за первым свиданием последовало второе, а там и третье с четвертым. Сегодня пара не заглядывает далеко вперед, но в лице Эда Анна нашла заботливого мужчину, который на руках носит и ее, и дочку, и уже успела оценить это отношение. Не знаю, как у них сложится, но искренне желаю, чтобы все у этой пары было хорошо. Раз им не помешала совместная работа, раз их не сломили проблемы и беды в семье, значит шансы на счастье есть!